О стоимости О деньгах О спросе
То, что Бастрыкин имеет вид на жительство в тихой Чехии - не особо удивляет. У любого нынешнего кремлевского вора есть такая тихая гавань в благополучной Европе, где тот держит свои деньги, собственность, недвижимость и бизнесы. Ну вот Лужков, когда его спихнули с должности, в Австрию рванул, где, как оказалось, у него с женой уже давно куплены приличные дома - с вертолетными площадками и площадками для гольфа, и где у него с женой уже давно запущен серьезный строительный гостиничный бизнес. В этом смысле вся правящая ныне кодла, конечно, является иностранными агентами - в прямом смысле слова.С Россией их связывает только необходимость продолжать мародерствовать и обогащаться, но душой и телом, а также самым главным- кошельком - они все принадлежат тем странам, которые они выбрали в качестве своей тихой гавани.Это преступная колониальная воровская власть - все это уже давно и настолько очевидно, что обсуждать тут особо как бы и нечего. Но поражает вид того бизнеса, в который вложился жулик и вор иностранный агент Бастрыкин. Нет, деньги, конечно не пахнут - это давно известно. Но все же почему именно унитазы, а не чешская мебель? И почему дверные скобы, а не бытовая техника? Агент Бастрыкинв этом своем выборе предстает как мелкий советский говнюк с уровнем мышления сантехника - хозяйственный мужик, чо- унитаз прикрутит и гвоздь куда надо забьет . Есть в этом во всем какое-то непреодолимое убожество и уродство советских воров. Причем в этой своей позорной пошлости они все примерно одинаковы - от Путина и Абрамовича до Бастрыкина. Это же советские все люди. И я вполне допускаю, что чешский унитаз для молодого советского комсомольца и партийца Бастрыкина (а начинал )в советское время был чем-то вроде самой заветной мечты, и мечтал Бастрыкин иметь чешских унитазов много, очень много, и чтобы не только обустроить оными собственный санузел дома и на даче, но и чтобы для других достать это сокровище можно было - чтобы, значит, приходили к нему знакомые, товарищи и знакомыезнакомых, и со вcем, значит, подобающим уважением обращались к нему: Александр Иванович! А не могли бы вы и для нас чешский унитаз достать, дорогой? Очень вам будем обязаны . С тех пор много воды утекло в сливном бочке унитаза Бастрыкина. Страна распалась, советские воры раздербали все, что только можно, а Бастрыкин стал большим начальником при воровском путинском режиме. А вот мечта о чешских унитазах - нежная, сладкая, почти детская - у бывшего советского комсомольца осталась. И теперь, когда он наворовал уже достаточно много и получил вид на жительство в Чехии, товарищ Бастрыкин, наконец-то, смог реализовать свою советcкую мечту - и поэтому первым делом приобрел на своей новой Родине бизнес по производству унитазов и мелких хозяйственных причиндалов. Владелец чешских унитазов! С ума сойти можно! Ну разве это не счастье для советского говнюка? Да для Александра Ивановича в этом весь смысл его советской и постсоветской жизни состоит, чешский унитаз - это то, к чему он шел на протяжении всей своей сознательной жизни! И в этом они все одинаковы . Исключений среди правящего говна тут нет - все это советские люди, позорные, глупые, жалкие, недалекие ис чисто уголовными замашками, над которыми смеется весь мир. Вот, например, еще один советский деятель нынешнего режима - глава ЦИКа Чуров - . Оказывается, у товарища Чурова тоже была советская мечта - он очень любил читать Жюля Верна, и особенно ему нравился герой Таинственного острова Сайрес Смит. И вот теперьу советского мудака на старости лет появилась возможность, наконец-то, стать Сайресом Смитом и прилететь на кремлевский молодежный шабаш на воздушном шаре. Там он успел уже наклюкаться, конечно, на таких радостях, так что по Селигеру волшебник Сайрес Смит плохо ходит - но это уже другая советская традиция. Казалось бы, они такие разные - Бастрыкин и Чуров. У первого мечта такая простая, понятная до усрачки- чешский унитаз, а у второго - мечта очень романтическая, полетать на воздушном шарике. Но между ними есть одно очень важное общее свойство - и тот и другой являются советскими людьми. И ради того, чтобы осуществить свои мечты, рожденныев уродливом и искаженном советском мире, оба готовы сегодня воровать, лгать, нагло нарушать закон, грабить и убивать. Оба они - советские уроды, вышедшиеиз уродливого советского мира. Можем ли мы понять этих советских уродов? Конечно, понять можно все, что угодно. Но понять - не значит принять и оправдать. Ведь эти советские уроды превращают в помойку нашу страну, нашу Россию, и ей-богу осуществление их позорной советской мечты не стоит целой России. А поэтому все эти советские уроды - от Путина до Бастрыкина и Чурова - должны уйти в небытие, туда, куда уже ушла та страна, которая их породила. Советские люди - опасны для России. Это какие-то гнилостные мерзостные черви, которые - если их не остановить - сожрут всю страну ради чешских унитазов, воздушных шариков и прочего, что составляет их заветное советское нутро.
Оригинал взят у в Внезапно и совершенно случайно нашел на ютюбе. Беседа Гитлера и Маннергейма. Говорят, единственная непубличная запись голоса Гитлера. Вроде не фейк, хотя я глубоко не проверял. Ну и тема довольно интересная - мягко говоря... (Да, английские субтитры.)
Это к вопросу, почему в медийной и околовластной сфере Эрэфии так много этнических либералов. Ребята фишку жестко держат, и чужих - особенно русских и особенно талантливых -даже близко не подпускают. Могут Свету из Иванова запустить - как образчик я_у_мамы_дурочка , которая должна представлять в медийной сфере русских .Что-то вроде русской балалайки и русской матрешки - то есть как некий прикол и образ придурковатых русских. А вот нормальных русских туда не пустят - ну разве что только для того, чтобы несколько разбавить синагогу, а то ведь совсем откровенно все будет смотреться. Но такие русские должны быть обязательно правильных взглядов,желательно с посторонними кровинушками или с женой из этнических либералов. Иначе - ни-ни. Но в такой же политике заинтересована не только либеральная сволочь, но и правящая чекистская сволочь. Корни-то у них у всех одни - советские. Две шайки советских шакалов и мародеров дербанят страну, доставшуюся им в качестве трофея от коммунистов, и для них русские - враги по определению, что для первых, что для вторых. И, конечно, тут вряд ли возможно национальное взаимопонимание , о котором пишет какой-то руссо-советский изписательской советской говняной интеллигенции Долохов. У Долохова национального сознания нет, а у этнических либералов - есть. Поэтому руссо-советские будут всегда на побегушках у этнических либералов. А у русских какое тут может быть взаимопонимание ? Простите, но мы уже 200 лет вместе , и даже больше. И наши азиатские друзья всегда и всюду демонстрируют один и тот же тип поведения - этоу нихна подкорке мозга прошито, и нужно быть законченным советским идиотом, чтобы думать, что здесь что-то изменится. И дел они в России уже столько наделали, что, по хорошему, сидеть им на одной скамье с правящими чекистскими упырями. Оригинал взят у в Известный человек известной национальности руководит известной производящей студией, поставляющей свои программы на известные телеканалы. Он пригласил для беседы на предмет возможного трудоустройства мало кому известного режиссера из совсем маленькой студии видел пару ее сюжетов, да и ее видел мельком на одной из тусовок: молодая, стройная, темноволосая(последнее, собственно, больше всего и привлекло внимание) Встречей мэтр оказался разочарован: задал пару дежурных вопросов, обещал подумать, а когда за женщиной закрылась дверь, пошутил в своей привычной манере я думал, это наш человек . Сотрудники льстиво похихикали, но одного из них он, естественно, тоже был известной национальности это почему-то покоробило. Ну, нехорошо это, некрасиво, неправильно этакий локальный холокост наоборот, завуалированная форма запрета на профессию. Да в чем же здесь запрет? не согласился мэтр. Снимает свои сюжетики для 89-го канала, вот пусть и дальше снимает! Ящик я не смотрю, Свету из Иванова никогда не видел, но жаркие дискуссии в жж и в фб просматривал. Вы наверняка тоже, поэтому повторяться не стану. В общем хоре спорящих запомнилось одно здравое, но несколько циничное предложение: Надо было взять не Свету из Иванова, а Майю из Питера или Софочку из Москвы тогда и прогрессивная либеральная общественность не стала бы над передачей издеваться! Если абстрагироваться от некоторого антисемитского душка, предложение в целом здравое. Так мне показалось вначале. Но тут еще один циник спросил присутствующих: Это где же вы, друзья, найдете еврейку, которая не была бы белоленточницей и хотя бы нейтрально относилась к Владимиру Путину?.. Нет таких! Затихнувшая было дискуссия разгорелась с новой силой. Предлагаемые кандидатуры отметались с порога. Наконец, на эту роль кто-то предложил писательницу Марину Юденич. Долго спорили о ее этнических корнях, но все же согласились с тем, что еврейство ее при любых допущениях весьма сомнительно. А вот что меня удивило больше всего: участники беседы предлагали массу достойных кандидатур из Израиля, Америки, Германии, Канады и даже Новой Зеландии все эти дамы будто бы были оголтелыми путинистками и антилибералками, все с высшим профильным образованием, все достаточно молоды и хороши собой. Увы, я никого из них не знал, но участники дискуссии подтвердили: да, эта вроде бы подходит, и эта тоже, и та В связи с этим у меня есть два вопроса, которые я хочу задать вам: Почему они уехали из страны? Почему не уезжают те, кто так ненавидит путена и кровавую гэбню?
| Thu, Jul. 26th, 2012, 04:21 pm
Что произойдет, если оптимальное (пропорциональное) соотношение между количеством чая и сахара нарушится? Случай, когда сахара больше, чем нужно, мы уже рассмотрели ниже:весь излишек сахара просто не будет использоваться, так как переслащенный чай будет иметь меньшую полезность, нежели чай с оптимальной для нас сладостью, и поэтому мы предпочтем не использовать излишек сахара вовсе.То есть любое увеличение количества сахара сверх оптимального не приведетк изменению полезности чая с сахаром - пока не увеличится пропорционально количество чая. Здесь проявляется особенность сахара как дополнительного товара. Теперь допустим, что сахара меньше, чем нам требуется для данного количества чая - скажем, чая у нас 15 фунтов, а сахара не 30, как нам того бы хотелось, а только 20. Тогда потреблять сахар мы можем по-разному: мы можем выпить какое-то количество чая и класть по три ложки, как мы любим (то есть использовать 20 фунтов чая для 10 фунтов чая), а оставшееся количество чая (5 фунтов) пить вовсе без сахара. А можем при потреблении всего количества чая класть меньше сахара - так, чтобы его хватило на все количество чая, то есть использовать 20 фунтов сахара на все 15 фунтов чая. Изменится ли полезность чая с сахаром в засимости от того, как мы используем сахар? В первом случае общая полезность чая с сахаром будет выглядеть так (площадь желтой фигуры): Мы по-прежнему кладем сахара столько, сколько нужно, но его хватает при таком использовании только на 10 фунтов чая,и какое-то количество чая (5 фунтов) тогда нам придется пить вовсе без сахара. Определим общую полезность чая и сахара. Полезность 15 фунтов чая без сахара равна U1(15), и теперь к ней нужно добавить дополнительную полезность, доставляемую20 фунтами сахара 10 фунтам чая, которая определяется как: U2(10, 20). Тогда общая полезность S1=U1(15)+U2(10, 20). Во втором случае мы будем иметь: Здесь мы используем сахар для всего имеющегося количества чая, но поскольку мы кладем на каждую чашку чая сахара меньше, чем нам того хотелось бы в соответствии с нашими вкусами, то полезность каждой чашки чая с сахаром будем меньше, чем при оптимальном количестве сахара. Общая полезность чая с сахаром тогда будет равна: S2=U1(15)+U2(15, 20). Тогда разница общих полезностей: S2 - S1=U2(15, 20) - U2(10, 20).То есть разница составляет приращение функции U2 по количеству чая.
Прежде всего, понятно, что оптимальное количество сахара всегда прямо пропорционально количеству чая. В самом деле, ведь если некто пьет чай с сахаром и при этом кладет каждый раз по три ложки сахара в стакан чая, то количество сахара, требуемого ему для чая, будет всегда пропорционально количеству потребляемого чая, то есть количество сахара(у) будет всегда связано с количеством чая (x) прямой зависимостью: y=ax. В случае, если это соотношение нарушается, то сахара становится меньше или больше, чем нужно. При этом недостаток сахара будет означать уменьшение полезности чая с сахаром, а если сахара больше, то полезность избыточного количества сахара будет равна нулю, и полезность чая с сахаром останется той же (избыточный сахар мы предпочтем вовсе не использовать, нежели класть его в чай и переслащивать, тем самым уменьшая полезность чая). То есть говорить в данном случае о какой-то отдельной полезности сахара уже не приходится. Если мы обозначим полезность чая с сахаром за U, то U(x,y)=U1(x)+U2(x,y), где U1(x) - полезность чая без сахара, а U2(x,y) - дополнительная полезность, которую доставляет чаю сахар. Но мы не можем сказать, что функция U2 является функцией полезности сахара - это именно дополнительная полезность, получаемая от использования сахара. Даже если бы у дополнительного блага была своя полезность - то есть если бы это благо можно было потреблять без чая, полезность двух благ вместе вовсе не обязательно скадывалась бы из полезностей двух благ: скажем, если кто-то любит чай с молоком, то полезность чая с молоком, возможно, будет для него выше, чем суммарная полезность чая и молока по-отдельности в тех же количествах. В этом состоит важна особенность дополнительного блага: его полезность не существует отдельно от полезности того блага (или нескольких благ), с которыми оно потребляется. Какова полезность соли без тех продуктов, с которыми она употребляется? Полезность соли равна нулю, она определяется только увеличением полезности тех продуктов и блюд, при потреблении которых используется соль. Причем эта добавленная полезность может быть весьма значительной - сравните суп или мясо без соли и те же бюда, приготовленные с использованием соли. И вторая особенность дополнительного блага состоит в том, что его оптимальное количество всегда пропорционально количеству того блага, с которым оно используется. Недосоленный суп еще есть можно, но если вы пересолите блюдо или пересластите чай, то полезность излишнего количества соли или сахара становится отрицательной. То есть избыток соли или сахара, сверх пропорционального количества блага, с которым они употребляются, уже не имеет никакой дополнительной полезности. Из этого следует, что пропорциональный характер имеет не только соотношение количества дополнительного блага с благом, с которым оно потребляется, но и полезность блага с дополнительным благом всегда пропорционально полезности основного блага.Есть если мы кладем три ложки на чашку чаю, то если мы будем иметь сахара шесть ложек при двух чашках чая, предельная полезность второй чашки с сахаром изменится пропорционально изменению предельной полезности чая, то есть оптимальное использование дополнительного блага предполагает не равенство предельной полезности дополнительного блага и основного блага, а равенство отношения их предельных полезностей. Графически это можно изобразить так: Здесь предельная полезность чая без сахара изображена синей лининей, предельная полезность чая с сахаром - красной, при этом оптимальное потребление сахара с чаем для данного потребителя сооотносится как 1 фунт чая=2 фунта сахара. Желтая фигура показывает, какую допонительную полезность чаю доставляет сахар при оптимальном его использовании, то есть когда на каждый фунт чая используется два фунта сахара. Так вот понятно, что сравнивать предельную полезность сахара с предельной полезностью чая мы здесь не можем - просто потому, что никакой отдельной полезности сахара не существует. Мы должны сравнивать предельную полезность чая без сахара с чаем с сахаром , и оптимальное количество сахара не только должно быть всегда пропорционально количеству чая, но и предельная полезность чая с сахаром всегда должна относиться пропорционально к предельной полезности чая без сахара. Убывание полезности чая с сахаром связано с убыванием полезности основного блага - чая, и предельная полезность чая с сахаром будет убывать с той же скоростью, что и предельная полезность чая.То есть в нашем случае, отношение предельных полезностей всегда должно оставаться равным15/10=3/2.
Понятно, что изменение количества одного блага может повлиять на полезность других благ только в том случае, если это благо является дополнителем или заместителем для других благ. У Ирвинга Фишера есть хорошой пример с хлебом, печеньем и маслом, где масло служит дополнительным благом к хлебу и печенью, а хлеб и печенье выступают в качестве заместителей друг друга. И тогда изменение количества хлеба приведет к изменению полезности печенья и масла - если количество хлеба увеличится, то полезность печенья уменьшится, а масла, напротив, возрастет. То есть для того, чтобы определить влияние изменения количества какого-либо блага на все прочие блага, нам нужно установить влияние эффекта замещения и эффекта дополнения. Хотелось бы отметить, что наши дальнейшие рассуждения о дополнительных и замещающих благах не имеют отношения к эффекту замещения и эффекту дохода, описанным Слуцким и Хиксом. У них речь идет о влиянии изменения цен и дохода на потребление различных товаров, но при этом предполагается, что полезности всех товаров независимы друг от друга, и изменение количества какого-либо товара не влечет за собой изменения полезности других товаров. Только при таком условии кривые безразличия и рассмотренные ими эффекты замещения и дохода будут иметь такой вид. Мы же пока вовсе не касаемся цен и дохода, а попытаемся исследовать влияние одних товаров на другие, то есть рассмотрим проблему изменения общей и предельной полезности блага в зависимости от того, выступают ли они дополнительными или замещающими благами, в чистом виде - как влияние полезностей товаров, вне отношения к ценам и доходам. В случае жесткой дополнительности двух благ или вещей (правый и левый ботинок) строится таким образом: Любое увеличение одного товара не приведет к изменению общей полезности, пока не изменится количество другого товара. Сэру Баскервилю, когда он прибыл в Лондон и у него украли ботинок, не оставалось ничего другого, как бросить оставшийся ботинок в камин - без второго ботинка полезность первого стала равна нулю. Но это случай, когда оба товара не могут использоваться без другого - чаще всего такими товарами выступают различные технические комплектующие. В случае с чаем и сахаром мы вполне можем пить чай и без сахара, хотя при этом полезность чая без сахара будет меньше, а вот полезность сахара без чая будет равна нулю. Рассмотрим такой случай, когда мы можем потреблять один товар без другого, но когда второй товар выступает дополнительным к первому и без первого не потребляется - на примере чая и сахара.
Проблема функции полезности для отдельного блага состоит в том, что задать такую функцию без принятия во внимание того влияния, которое оказывают на нее другие блага, мы не можем. Мы уже приводили примеры дополнительных благ - чая и сахара, когда изменение количества сахаравлечет за собой изменение полезности чая (и увеличение потребности в чае), но это верно и в отношении большинства прочих благ. Для субъекта как потребителя отдельные потребности не существуют самипо себе, и потребление одного блага вызывает изменениепотребностей в других благах - ну, скажем,после хорошего обеда всегда хочется пить, и чувство жажды возрастает, а это значит, что уровень удовлетворения потребноcти в еде оказывает влияние на потребности в питье, а значит, полезность всех благ, используемых для удовлетворения жажды, будет зависеть от количества благ, потребляемых в качестве пищи.И по мере увеличения количества мяса или овощей будет меняться функция полезности чая, молока, соков и прочих благ, способных удовлетворять чувство жажды. Современная теория спроса экономикс,- основанная на понимании, что следует рассматривать не отдельные товары,а их множество, - конечно,является более адекватной в сравнении с примитивной теорией спроса Маршалла, когда полезность и спрос на отдельный товар рассматривается в отрыве от всех прочих потребностей. Теория спроса Маршалла была по сути шагом назад даже в сравнении с простейшими законами Госсена. Но все же в этой современной теории принимается, что у каждого отдельного блага есть своя функция полезности, которая никак не зависит от количества прочих благ. Но это не так,а поэтому и строить кривые безразличия так, как это делает Хикс,не совсем правильно. И единственный подход, которые может адекватно отобразить изменение потребностей в различных благах, состоит в том, чтобы вовсе отказаться от представления, что у каждого блага есть своя определенная функция полезности. Ведь функция полезости для каждого блага является зависимой не только от количества данного блага, нои от количества всех прочих благ. И тогда функция общей полезности U и предельной полезности MU для каждого блага становится зависимой от множества переменных, а именно от количества всех прочих благ, то есть U1 одного товара есть функцияU1=U1(x1, x2,...,xn), общая полезность второго товара U2=U2(x1, x2,..., xn) и так далее. Но вместо того, чтобы рассматривать множество функций Un, зависимых отn переменных, проще будет рассматривать одну функцию общей полезности всех товаровU=U(x1, x2,..., xn).И тогданам уже не нужны будут функции полезностей для каждого отдельного товара, но при этом мы все же сможем получить для каждого товара функцию предельной полезности, которая будет определяться как частная производная функции U по количеству данного товара.А задача максимализации общей полезности при обмене на какой-то ресурс будет решаться как равенство частных прозводных функции U по всем своим аргументам: dU/dx1=dU/x2=...=dU/xn. При этом, конечно, определенная таким образом функция общей полезности ужебудет отличаться от той функции, которую рассматривал Хикс и через которую он строил кривые безразличия. У Хикса эта функция общей полезности имела вид: U=U1(x1)+U2(x2)+...+Un(xn), а поэтому частная производная по любому аргументу (количеству блага) была равна производной функции общей полезности этого блага: dU/dxn=dUn/dxn, и функции предельной полезности для каждого блага становились функциями количества только этого блага. В нашем же варианте любая частная производная по количеству какого-то блага, которую можно трактовать как функцию предельной полезности этого блага,будет зависеть не только от количества данного блага, но и от количества всех прочих благ.
- некая Катя Деготь, либеральная русофобствующая интеллигентка, пишущая о культуре, делится своими переживаниями и размышлениями о судьбах либеральной постсоветской сволочи. Вообще, я редко читаю рафинированные тексты рафинированных россиянских либералов, но вот тут просто стало интересно, как эти существа вообще мыслят и в каком пространстве они живут - ведь это тот редкий случай, когда одинлиберал (либералка)пытается объясниться со своими из той же стаи, а не ведет свою войну против русских, России и прочих врагов этой тусовки. Это, конечно, стоило того, чтобы прочитать (хотя, признаюсь, до конца я все-таки дочитать не смог - у меня этот непередаваемый дух нашей либерастни вызывает настолько сильное гадливое чувство, и от них несет таким смрадом вывернутых душ и извращенных мозгов, что вынести чтение либералов долгоя не могу). Но и того, что я прочитал, вполне достаточно, чтобы еще раз убедиться, что этот смрад глубокой патологии, присущий либеральной интеллигенции, имеет вполне понятное происхождение. Если коротко. Деготь признает, что советская интеллигентская сволочь в 90-е годы заключила с ельцинским режимом негласный договор: либеральная интеллигенция обслуживаетрежим, встав на его сторону против страны и всех остальных, и за это получает возможность быть близкими к финансовым кругам . Ну, то есть либеральная интеллигенция продала ум, честь и совесть (предполагается, что эти качества присущи либеральным интеллигентам от рождения, и именно эти качества в первую очередь и предлагаются в качестве товара для власти) - продала банально, за бабло и возможность быть наверху общества. Деготь пишет об этом совершенно откровенно: Говоря проще, интеллигенция продала свои мозги не столько даже за деньги, сколько за право поставить знак равенства между мозгами и деньгами, за право встать рядом с состоятельными и отделиться стеной от масс , к которым в результате обнищания в девяностые она стала опасно близка. Но потом что-то такое случилось между либеральной сволочью и сволочью правящей - либералы поняли, что они всего лишь обслуга режима, просто лакеи, которых могут в любой момент попросить вон, и это вызвало у них беспокойство. Нет, не бескокойствоза свое реноме или за судьбу страны или чего-то там еще, а беспокойство, что режим их и в самом деле выставит вон или зримо опустит до уровня лакеев. Насколько я понимаю, суть конфликта между режимом и либеральной сволочью (или т.н. креативным классом), который чрезмерно обострился с конца прошлого года, состоит именно в этом. Либералы понимают, что если их статус прислуги и обслуги режима будет закреплен де-факто и де-юре, тоу них уже не будет никакой возможности влиять на власть и тем самым отстаивать свое социальное положение, которое они получили на заре формирования россиянского режима в 90-е. И терять им поэтому и самом деле нечего - отсюда и та отчаяннная бескомпромиссность, которую демонстрирует либеральная сволочь в последнее время. Но все это, конечно, не про демократию, права человека или что-то еще такое высокое, о чем любит щебетать эта гнусь. Все это обычная борьба за место под солнцем - за статус либ. интеллигенции, за бабло, за возможности жить хорошо и достойно, разделяя маленькие радости нынешних рабовладельцев Эрэфии. Все очень прагматично, жестко и бескомпромиссно. Шакалы и гиены делят место под солнцем и право на кусок мертвечины,выясняют свой статус в стае, и схватка тут идет нешуточная. Только и всего. Вот и вся суть этой гнуси. В советское время они ведь тоже были частью привилегированного класса советских партийных бонз. Ну там, Переделкино, дачи, машины, спецпайки и все такое прочее. И вот теперь постсоветская интеллигентская либеральная гнусь бьется на смерть за сохранение примерно того же статуса при нынешней модификации Совка.
source 
